/// В гнезде как на экскурсии

29 Мар / 2014


К гнезду подобраться нелегко. Но цель близка: несколько рывков — и я рассматриваю птенца. Он, пожалуй, крупнее курицы. Тело его покрыто нежным темным пухом, из которого кое-где торчат голубые пеньки будущих перьев. Большая голова совсем голая, морщинистая, как у лысого, аккуратно бреющегося глубокого старика. Глаза открыты, взгляд их удивительно страдальческий и горестный. Ритмично на них набегает прозрачное голубое веко. Грифенок неподвижен, но волнуется, его тело вздымается от прерывистого и глубокого дыхания.

Гнездо грифа метра полтора в диаметре и около метра высотой, сверху плоское, совершенно ровное. Оно сложено из множества мелких саксауловых веток, переплетенных между собой. По остаткам пищи ползают муравьи-тетрамориусы. На совершенно голых скалах они обосновали свой муравейник и питаются объедками со стола птицы-великана. Ну что же, добыча неплоха! Вот только что они будут есть, когда грифенок вырастет и покинет гнездо?

Крупные мухи, наглые и назойливые, ползают по гнезду. Они тоже нашли здесь поживу. Над самой головой птенца крутятся мелкие мошки. Тут и кровососущие мошки, и слезоедки, и еще неизвестно какие. Они мучители беспомощного жителя гнезда, и он кротко сносит их истязания, как неизбежное сопутствие детства.

И еще находка!

На теле птенца среди нежного пуха резвятся две серые мушки. Они ловко бегают; гоняются одна за другой, ведут себя так, будто грифенок для них самая привычная стихия.

Кто бы это мог быть? Я не знаю подобных паразитов птиц. Но поймать мушек невозможно. Для этого надо побеспокоить грифенка, а как это сделать, когда глаза беззащитного птенца выражают такое страдание? И я сдаюсь, прекращаю охоту за юркими мушками, а потом весь обратный путь к биваку раскаиваюсь и укоряю себя: ведь мушки, наверное, неизвестны науке, и простительно ли так легко поддаться чувству жалости?

Наконец, я наверху, в голой пустыне, шагаю через мелкие овражки. Солнце жжет немилосердно, и галька, покрывающая

землю, накалилась, как сковородка. Далеко над горизонтом светятся белые облака. Там сейчас хорошо: тень, прохлада. Хоть бы они здесь появились и бросили спасительную тень! Лохматый спаниель нацепил на себя уйму клещей, и они, коричневые, яркие, торопливо ползают по его шерсти, и многие, разбредаясь во все стороны, забираются и на меня.

Странные эти клещи. Почему некоторые из них покидают собаку, тогда как другие устраиваются на ней, впиваются в ее кожу? То ли они чувствуют, что слишком много их набралось для такой небольшой добычи, то ли миллионами лет привыкли питаться кровью горного козла, зайцев да, наверное, песчанок. Новый же хозяин необычен.

Солнце исчезает за тучами. Они сгущаются все больше и больше. Небо затянуло серой пеленой. Слышатся далекие раскаты грома. На пути большая просторная ниша в скалах. Отличное убежище в непогоду. Потом началось.

Налетел ураган, крупные капли дождя застучали по камням. Посыпался град. Блеск молний, свист ветра и шум дождя продолжались около часа. Сильно похолодало.

Когда черные тучи, обрамленные снизу светлыми округлыми облаками, ушли на восток, стало необычайно тихо. Но громче зашумела река, звонче зацокал козодой, послышался шум мотора очень далеко идущей машины. Во влажном воздухе дальше разносятся звуки, и вот почему (я только сейчас это понял) в пустыне в сухом, горячем воздухе царит такая удивительная тишина.

Какие контрасты! Недавно я страдал от жары и сухости, а вот теперь, надев на себя все теплое, едва не стучу от холода

зубами.

Громада туч совсем ушла к горизонту. Далекие вспышки молнии слегка озаряют ее. Теперь где-то дальше она с шумом и ветром поливает сухую и горячую землю пустыни.


Еще статьи про отдых:

Copyright © 2015 Лесная сказка18.