/// Новый год в Гонконге

09 Авг / 2014


Новый год в Гонконге становится все более китайским

Как и природа, китайцы отмечают Новый год с приходом весны. И для китайцев всего мира Новый год — это и Рождество, и День Благодарения, и новогодний праздник вместе взятые. Но только в Гонконге праздничное представление разворачивается на фоне небоскребов ростом с Empire State Building, витрин, полных бриллиантов, и самых огромных в мире световых реклам. Желто-красные львы. Боги, дирижирующие праздничными распродажами. Бритоголовые буддийские монахи, завернутые в оранжевые одежды, веселые нищие, предприимчивые дети. Святые, покровительствующие скачкам. Приезжайте в Гонконг на Новый год. И вы увидите, как тысячелетние традиции стимулируют современный бизнес. Потому что красочные новогодние обряды — замечательная психологическая подготовка, четкая установка на успех. Спешите видеть это. Ведь дни Гонконга как английской колонии сочтены. Скоро Гонконг станет снова китайским, после того как летом 1997 г. срок британской аренды истечет. Чем это обернется для Гонконга? С уверенностью об этом берутся судить лишь fortune tellers, китайские предсказатели судьбы.

Урожай не будет обильным.

Больше, чем в прошлом году, утонет кораблей. Среди болезней будут преобладать заболевания печени. Президент Ельцин, как человек Огня, не сдаст свои позиции несмотря на то, что даже друзья отвернутся от него. А Гонконг будет процветать и после воссоединения с Китаем, особенно после 2003 года". Из прогноза Раймонда Ло, специалиста по Фунг шуй, древней китайской метафизике, предсказавшего падение Горбачева, начало и исход операции "Буря в пустыне", отставку Маргарет Тетчер. Улицы Гонконга всегда, а тем более в канун Нового года, подобны обнаженному отливом океанскому дну. То же богатство красок, то же разнообразие видов, та же вовсю кишащая жизнь.

Этот придонный слой и есть чудо Гонконга, не предусмотренное проектировщиками небоскребов. Здесь продают все, что производят народы мира, — от автомобилей до амулетов. Здесь можно найти любые цветы и цвета, любые запахи, любую еду. И прямо над теменем - заросли, в несколько ярусов, рекламных щитов, на которых яркие китайские иероглифы оплетены стеблями морской травы. Вот она, картинка будущего человеческой цивилизации: 6 человек на квадратный метр земной поверхности!

Здесь жизнь присутствует как стихия и властно подчиняет себе, расставляя людей самым удобным для дела образом без всякого бизнес-плана. Здесь есть темп, но нет суеты. Здесь люди роятся, не раздражая друг друга. Они текут и текут, как электроны по линиям магнитного поля. Их поток равномерен и напорист. Еще за неделю до Нового года мне казалось, что Гонконг и не собирается праздновать самый главный китайский праздник. Туристов приглашали: юный израильский скрипач, негритянский балет из Нью-Йорка, геи и лесбиянки на международный фестиваль видеофильмов, Музей современного искусства на выставку чего-то совсем ультрасовременного из Швейцарии. И только друг детства, Наф-Наф, лишь стемнеет, вспыхивал во весь небоскреб в знак того, что Луна совсем скоро покинет нервную и неровную Собаку-94 ради жизнерадостной Свиньи-95. Но однажды, выйдя на улицу, я сразу поняла, что назревает нечто необычное. 

Дело не в толпе: она была доброжелательна, как всегда. Дело не в буйстве огней — это вызывало уже привычный приток адреналина. Аромат. Новый аромат. Пугливо-нежный, властно-призывный, он заставлял трепетать ноздри, он путал планы, он сбивал с маршрута, он заставлял форсировать толпу, идти на запах. Hong Kong — Благоухающая гавань, как с древности называют это место на кантонском диалекте, действительно благоухает. Горькой свежестью пахнут многочисленные аптеки, мешки с пряностями источают душистые волны. Сложнее с ресторанными ароматами, которые и переполненный желудок заставят вырабатывать желудочный сок. Оказывается, на свете не существует китайской кухни, а есть китайские кухни: кантонская, хакка, пекинская, шанхайская, сычуаньская, тайваньская. (Блюдо какой китайской кухни вы предпочитаете в это время суток?)

А кроме китайских есть еще японские, индийские, тайские, вьетнамские, корейские, бирманские, сингапурские, и прочая, и прочая, не говоря уже о западноевропейских кухонных запахах. Остальные запахи, составляющие букет Гонконга различить под силу, наверное, только гениальному парфюмеру. Но вы обязательно найдете источник растревожившего вас аромата. Потому что чем ближе рождение Новой Луны, тем аромат становится навязчивее. Однажды, переплыв на пароме пролив, разделяющий континентальный Гонконг от острова, вы попадете на знаменитый цветочный рынок в Victoria Park. Сюда со всего Гонконга везут и везут самых главных участников новогоднего действа — цветы. Но сначала вам покажется, что здесь торгуют мандаринами. Мандаринами — крошечными, маленькими, крупными и просто огромными - усыпаны ветки низкорослых мандариновых деревьев, растущих в кадках. Это и есть китайское новогоднее дерево, на котором "выросли" золотые монеты. Ведь главный новогодний символический подарок в Китае — лай си (lucky money) - деньги удачи. Это настоящие или шоколадные, в золотой обертке, монетки, которые кладут в красные конвертики и развешивают на ветках среди мандаринов. Этот символ удачи и вожделенных финансовых успехов украшает каждый китайский дом, независимо от его достатка. 

Но удивительный аромат источают не "деньги", которые, как известно, не пахнут, а завернутые в сиреневую бумагу почти фиолетовые ветки персика или даже целые персиковые деревья, покрытые крошечными сиреневыми бутонами, - сиреневые рощи удивительного аромата, "посаженные" в соленую морскую воду, чтобы бутоны не распустились до новогодней ночи. А в новогоднюю ночь фиолетовые, покрытые нежносиреневыми цветочками ветки будут дарить друг другу как символ самой преданной любви. А накануне Новой Луны, когда аромат цветущей любви окончательно победит на цветочных рынках, город накроет новой душистой волной. Это властный, терпкий, призывный запах, прочищающий дыхание. Он поведет вас по Hollwood Road, где все вверх дном, из дверей выметаются кучи мусора и величественные будды улыбаются все ярче в умываемых витринах антикварных лавок.

Следуя за бабушкой (девушкой, мужчиной etc.) с полным фруктов пакетом из супермаркета и нераспустившимися гладиолусами, вы наверняка придете к храму Ман му. Войдете и попадете в огненную среду. Стены цвета тлеющих углей. Огонь, горящий в больших бронзовых чанах перед красным же алтарем. Сотни горящих сандаловых палочек. С перекладин под крышей рядами свисают огромные конические пружины из ароматических веществ, которое медленно тлеют виток за витком. 

И, положив полиэтиленовые пакеты с фруктами на стол перед алтарем, хоть бабушка, хоть юный китаец в одежде рэпника падают на колени перед наряженными богами и молятся, довольно требовательно тряся сложенными перед грудью ладонями. Угостив фруктами богов с кукольными лицами, пожилая китаянка, прихватив у входа перевязанную шпагатом пачку бумаг с китайскими иероглифами, направилась к горящей печи в соседнем помещении. Развязав веревку, она стала пригоршнями кидать бумагу в огонь, а потом достала из сумки детский рисунок с автомобилем и тоже отправила его в печку. 

"Это молитвы, которые, сгорая, вместе с дымом доходят до Бога. Бог также передает вести от нас умершим родственникам. А этот автомобильчик нарисовал мой внук и попросил Бога, чтобы он передал такой же, но настоящий, нашему умершему дедушке", — с удовольствием объяснила мне происшедшее на ломаном английском (в этой английской колонии хорошо знают английский лишь банковские клерки и гостиничные служащие) эта милая китаянка; подхватила свои сумки и отправилась в следующий храм. "В Гонконге изгоняют привидений из дома с помощью даосского священника, молятся о плодородии в буддийском храме, а в одной из христианских церквей причащаются тела Христова", — объяснил мне англичанин, менеджер гостиницы Peninsula, уже двадцать лет живущий в Гонконге.

Житель Гонконга, бизнесмен по рождению, сознанию и призванию, желает на всякий случай быть в хороших отношениях со всеми известными ему богами. И действительно, почему бы не угостить умерших предков хорошим новогодним обедом и не выставить его перед домашним алтарем? Не говоря уже о том, что бога удачи Чой Сана угостить никогда не помешает. Его приманивают, выставив еду рядом с дверью, перед доской с божественным изображением и лампадкой. 

При этом люди стараются всячески помогать богам в их нелегкой работе по борьбе со злом и всякой нечистью. Маленькое восьмигранное зеркальце устанавливают за окном для того, чтобы отпугивать злых духов. Бронзовые львы защищают банк Гонконга и Шанхая от местного дракона, который живет в горах, подступивших к Гонконгу с севера (со стороны Китая, между прочим, воссоединения с которым так опасаются многие бизнесмены Гонконга). Здесь верят в сочетания счастливых цифр: "три" по-китайски звучит как "жизнь", "восемь" созвучно "процветанию", "девять" — напоминает "вечность". 

Насколько серьезна эта вера, свидетельствуют аукционы-распродажи "счастливых" автомобильных номеров, дающие правительству Гонконга миллионы долларов на благотворительность. После посещения различных храмов и общения с переселившимися на тот свет родственниками многие заглядывают к предсказателям — так называемым fortune tellers, — которые также очень стимулируют бизнес Гонконга. Некоторые из них работают при храме. Некоторые скитаются по рынкам в поисках клиентов. Некоторые имеют прекрасные офисы, заморскую клиентуру и записываться к ним надо заранее.

Очень немногие, как круглолицый улыбчивый Раймонд Ло, глубоко изучившие древнюю китайскую метафизику, пишут книги по Фунг шуй, древней науке предсказания. "Судя по дате вашего рождения, вы железная женщина, и вас очень сильно поддерживает Земля. Наступающий год Свиньи, год воды и дерева, для вас, металлической женщины, будет удачным. Вода поддерживает дерево, но металл дерево разрушает. Значит, вы хорошо заработаете и уж во всяком случае не потеряете денег", — предрек мне Рамойнд Ло. Но что такое прогноз жизненной удачи для нормального жителя Гонконга? Это руководство к действию. Если прогноз неблагоприятен, следует изо всех сил работать, чтобы его не усугубить. А если прогноз благоприятен? Тоже работать, чтобы судьбу не испортить. И гигантская, во весь Гонконг, shopping area — вот настоящее ристалище, где человек встречается с силами судьбы. 

В последней день Старой Луны — 30 января — магазины были открыты так рано, что казалось, будто они и не закрывались вовсе. Sales закаруселили город. Мегафоны охрипли. Сам бог удачи Чой Сан пытался руководить распродажами, появляясь то в одном универмаге, то в другом, в подлинно божественном обличье: в вышитом ярком халате, в затейливом кокошнике на голове, длинными усами и очень хитрой улыбкой. Но больше других Чой Сан помогал мальчишкам. Время от времени начинался дождь, и с первыми его каплями они появлялись в самом эпицентре дождя с охапкой зонтиков, которые тут же расхватывали не желающие промокнуть граждане. 

Даже вечером, новогодним вечером, когда семья собирается за традиционно накрытым столом, магазины и не подумали закрываться. И Чой Сан вполне одобрял это. Можно было видеть, как в какой-нибудь Alfred Dunhill, Francheskatti или Givenchy влетал очень занятый, по-деловому одетый китайский господин, и, переоблачившись прямо в магазине, выпархивал из него джентльменом и тут же отбывал на праздничный семейный ужин. И целых две недели, начиная с вечера 30-го, в Гонконге происходит санкционированное китайскими богами поклонение Маммоне за праздничным столом. Тони Чунг, владелец холдинговой компании, объединяющей по меньшей мере 6 дочерних фирм в Гонконге, Китае, Австралии, США, на Мальте, в своем с виду совсем калифорнийском доме с видом на залив раскладывал в тарелки членов семьи (мне была оказана большая честь быть единственным приглашенным гостем, что вообще не принято): "хороший бизнес" (устрицы), "замечательные возможности" (китайские грибы), "доходы" (свиные языки), "везение в карточной игре" (свиные ножки), "изобилие" (запеченная целиком рыба). И вся эта еда называется "делание денег", потому что подается на салатном листе (салатный лист по-китайски звучит так же, как "делание денег"). И, конечно же, сколько угодно "счастливых денег" (это шоколадные монетки в фольге), просто "денег" (это крашеные дынные семечки, которые также являются съедобным пожеланием "каждый год по сыну", что несколько пугает современных молодоженов).

А завершили ужин сладкие пельмени с рисовой мукой, символизирующие объединение семьи. После ужина семья устремляется на цветочный рынок в Victoria Park, чтобы обменяться цветами и персиковыми ветками. Но то, что здесь происходит, больше всего напоминает народное гуляние по случаю Первомая. Правда, гулять в такой толпе, пусть и в самой — как в Гонконге — доброжелательной, можно только на месте. Зато можно размахивать ветками и цветами, сажать на плечи детей, выпускать в небо надувные сердца с изображением Микки Мауса, подбрасывать и не ловить надувных динозавриков и лупить друг друга по голове надувными молотками с надписями 100 кг, 200 кг (это смешно).

Эксцессы невозможны, полиция в восторге, метро работает всю ночь. И толпа с цветочного рынка все прибывает в метро, чтобы растянуться в гигантскую очередь у самого любимого в Гонконге храма Вонг Тай Син. Даже московский мавзолей в самые лучшие свои времена не знал такой многокилометровой очереди и такого количества невероятно доброжелательной полиции. Домохозяйки и лучшие в мире программисты, торговцы вразнос и владельцы небоскребов часами стояли в ароматном дыму, чтобы получить благословение в храме. И выходили из храма просветленные, держа в руках рамку с вертушками из фольги, которую венчает пестрая птичка и два скрещенных пионерских флажка. Вонг Тай Син — замечательный святой, который не только исцеляет от недугов (какой святой не исцеляет?), но и помогает играть на тотализаторе.

И это весьма кстати. Ведь на третий день Нового года назначены скачки в Happy Valley, знаменитом ипподроме Гонконга, которые соберут столько же почитателей, что и Вонг Тай Син. А в первый день Нового года центр города наполнил грохот барабанов. Во всех уважающих себя отелях происходили удивительные представления (возраст которых не одна тысяча лет) под названием "Танец львов". Танцы львов под силу только лучшим ученикам школ кунфу, которых в Гонконге хватает. Причем каждый лев — это два кунфуиста в львиной шкуре. Один, стоящий во весь рост, - его голова и передние лапы, другой, согнувшийся пополам и держащий первого за талию, — задняя часть льва.

Кунфуисты — стройные ребята в майках с надписью "кунфу", желтых атласных шароварах, подпоясанных красными кушаками, красных гетрах и тапках. Львы, выдержанные в тех же желто-красных тонах, еще наряднее (особенно блестящая фольгой голова, с вертящимися глазами, пышными помпонами на пружинках у носа и широко открывающейся пастью) и очень похожи на кукол из Театра Образцова. Под ритмичный барабанный бой и неритмичные удары железной палкой в железную "сковородку", подвешенную на крюке, "львы" прыгали с тумбы на тумбу, бегали по канату, вращали глазами, махали хвостами-кочерыжками. Но цель этого танца — достать и съесть высоко подвешенный красный конверт со "счастливыми деньгами". А чтобы льву было не так противно жрать "деньги", красный конвертик помещают в букетик со съедобной зеленью. 

Пока лев танцевал в вестибюле, европейские постояльцы гостиницы были счастливы. Они думали, что танец львов — забава для туристов, и благодарно хлопали. Но вот, "проглотив" зеленый букет с красным конвертом, львы, ведомые главным менеджером отеля, заходят в лифт и отбывают на верхний этаж. Ужасно грохающий барабан на тележке отбывает с ними. Первый день Нового года - единственный, когда менеджеры не реагируют на недовольство гостиничных гостей. Барабаны бахали на каждом этаже и даже в подземном гараже. И везде лев ел "счастливые деньги". Это очень важно для хозяина отеля. Для процветания его бизнеса нужно, чтобы лев взял весь отель под защиту.

Ведь чем больше красных конвертиков "съест" лев, тем надежнее отель будет им охраняться. Но центральным событием новогодних празднеств является день второй. Когда усопшие накормлены, боги умилостивлены, злые духи отогнаны, Новая Луна беспрепятственно входит в свои права. В Гонконге, где скопление людей не позволяет каждой семье устраивать семейные фейерверки и беспрестанно взрывать петарды, как того требует древняя китайская традиция (чтобы испугать злых и привлечь добрых духов), этот день отмечается самым гигантским в мире получасовым фейерверком. Вот уже десять лет подряд в пролив входят четыре баржи, откуда ровно в восемь вечера взлетают ракеты. Фейерверк транслируется по телевидению.

Для людей состоятельных это еще и повод для праздничного ужина в ресторанах под крышами прибрежных отелей. А для тех, кому в ресторанах нет места, человеческая стихия на набережной - великий fun. Со стороны это напоминало картину стихийного бедствия наоборот, когда роль сил природы исполняли люди, способные, как казалось, своим потоком перехлестнуть пролив. Весь Гонконг устремился к набережной — Свинье навстречу, — как рыбы на нерест. И когда я, работая локтями и журналистским удостоверением преодолела все кордоны и оказалась на набережной, ужасная реальность настигла меня: сумка оказалась расстегнутой и пустой — ни одного доллара.

Пока я пыталась объять умом все последствия внезапной финансовой катастрофы, разразился фейерверк. Искрящиеся огненные пальмы взлетали выше небоскребов, толпа стала единым существом и выла. Вот над толпой, нарисованный ракетой, возник огромный Чой Сан — бог Удачи. Горят, искрятся нарядный халат, длинные усы, идиотский кокошник и хитрые лживые глаза. Руки лесом потянулись к небу. "Кому ты передал мои деньги, о Чой Сан!" — я свободна кричать по-русски, все равно никто не поймет. Но ответа не было. Поманив людей, Чой Сан сгорел без следа.

И когда я уже была готова в лучших традициях русской классики погрозить небу кулаком, в памяти всплыли слова китайских предсказателей счастья, с которыми я встречалась. "Если вам обещано счастье, там более следует помогать ему, чтобы оно наступило". "Не нужно беспокоить Чой Сана по пустякам. Не надо ему надоедать. Он может от вас отвернуться". И действительно, разве божье дело следить, хорошо ли спрятаны деньги в моей сумке? Наверное, божественную благосклонность в строительстве материальной базы некто может почувствовать только после того, как научится не хранить деньги в наружном кармане сумки. Разорвалась последняя ракета. И во все небо засиял узкоглазый китайский поросенок. Наф-наф, старый друг детства. Фейерверк кончился. Год Свиньи наступил. АЛЛА ГЛЕБОВА


Еще статьи про отдых:

Copyright © 2015 Лесная сказка18.